Михаил Медведский
27.05.2007, 16:35
Содержание.
Введение.......................................... .................................................. .....................................3
Глава 1 Феномен провокаторства, как вид деструктивной
деятельности человек......…...……………………………………………….....5
Глава 2 Личность: С.Г. Нечаев;
Г.А. Гапон............................................. .............................................8
http://www.romanov-center.ural.org/school/laureat2005/prov.files/image006.jpg
2.1 С.Г. Нечаев............................................ .................................................. ...........8
2.2 Г.А.Гапон......................................... .................................................. ...............11
Глава 3 Роль в российском революционном движении.......................................... ..14
3.1. Нечаевщина, как вседозволенность в политической
борьбе............................................ .................................................. ...............14
3.1.1. «Катехизис революционера».................................... ...............................14
3.1.2. «Народная расправа»: осуществление идей
«Катехизиса»...................................... .................................................. ......18
3.1.3. Место и значение нечаевщины в российском общественном
движении.......................................... .................................................. .........22
3.2. Гапоновщина, как начальный этап первой русской
Революции......................................... .................................................. .............24
3.2.1. «Собрания русских фабрично-заводских
рабочих».......................................... .................................................. .........24
3.2.2. «Кровавое воскресенье»: первый шаг к катастрофе..........................27
3.2.3. Место и значение гапоновщины в российском
революционном движении.......................................... .............................29
3.3 Оценка: С.Г. Нечаева и нечаевщины;
Г.А. Гапона и гапоновщины....................................... ..................31
3.3.1. С.Г. Нечаев и нечаевщина........................................ ................................31
3.3.2. Г.А. Гапон и гапоновщина....................................... ................................35
Заключение........................................ .................................................. .............................38
Список литературы........................................ .................................................. ...............41
Приложения........................................ .................................................. ............................42
Введение.
Самое большое чудо – это всего лишь человек: он может, применив усилия, быть Богом или дьяволом.
Ангелус Силезиус
Глубокие социальные изменения, происходящие в мире на рубеже ХIХ-ХХ веков, заставляют по-новому взглянуть на ряд феноменов, исследованию которых ранее уделялось недостаточно внимания. Один из них – деструктивная деятельность человека, в частности феномен провокаторства. Разрушительная сторона человеческой природы особенно ярко проявилась в ХХ веке: массовые убийства, революции, войны, многочисленные террористические акты.
Для сегодняшней России данная проблема особо актуальна, так как в стране отсутствует объединяющая людей идеология, практически не существует общепринятой системы ценностей, которые сдерживали бы разрушительные тенденции, заложенные в природе человека. Кроме того, ухудшение общей социально-экономической обстановки в нашей стране, рост безработицы, социальная незащищенность людей, их разочарование в жизни, связанное с отсутствием перспектив, способствуют росту деструкции. Необходимость в исследовании назрела еще и потому, что в период становления нового общества значительно возрастает степень влияния индивида на социум, а следовательно, последствия деструктивной деятельности могут быть совершенно непредсказуемыми. А все же, может ли быть провокаторство благим делом?
В этом году я решила начать рассматривать этот вопрос на двух исторических личностях – С.Г. Нечаеве и Г.А. Гапоне. Почему именно Нечаев и Гапон? Меня заинтересовали в первую очередь эти личности способностью вести за собой тысячи людей, тем, что оба они создали организации, сыгравшие большую роль в развитии российского общественного движения, но, несмотря на большую роль, первая явилась как вседозволенность в политической борьбе, вторая – как начальный этап первой русской революции.
Цель реферата:
Рассмотреть особенности личностей, которые оказывали существенное влияние на развитие общественного движения.
Задачи реферата:
1. рассмотреть феномен провокаторства в личностном аспекте;
2. составить психологический портрет «застревающей личности»;
3. показать провокаторство на примере личностей и их деятельности.
Во время работы были использованы следующие методы:
1. изучение исторической литературы;
2. изучение мемуаров;
3. изучение исторических документов, а именно: «Катехизис Революционера» и «Петиция фабрично-заводских рабочих»;
4. поиск информации в Интернете.
Глава1.
Феномен провокаторства как вид деструктивной деятельности человека.
Феномен провокаторства – это один из видов деструктивной (разрушительной) деятельности. Личность старается преодолеть свою ничтожность, осознание которой весьма травматично, желает утвердить себя, прежде всего в собственных глазах, преодолеть свою изолированность от общества и доказать свою значимость.
Выходит, что все упирается в значимость потребности в раскрытии творческого потенциала, в самореализации. А. Адлер указывает, что фундаментальным законом человеческой жизни является стремление к превосходству. Причем оно может принимать как деструктивное, так и конструктивное направление. Деструктивное направление обнаруживается у людей со слабой способностью к адаптации, у тех, кто борется за превосходство посредством эгоистического поведения и озабочен достижением личной славы за счет других. К. Роджерс выдвинул гипотезу о том, что все поведение вдохновляется и регулируется неким объединяющим мотивом, который он назвал тенденцией актуализации. Она представляет собой «свойственную организму тенденцию развивать все свои способности, чтобы сохранять и развивать личность». Таким образом, ведущими мотивами, побуждающим человека к деятельности (как к конструктивной, так и к деструктивной) являются его фундаментальные потребности в безопасности, уважении, признании и, наконец, в самоутверждении, самореализации, раскрытии своего творческого потенциала.
Как правило, реализация себя связана с множеством препятствий и требует не только особых личностных качеств (силы воли, целеустремленности, энергичности, работоспособности, увлеченности), но и определенных социальных условий, которые сделали бы самоактуализацию возможной. Когда на пути реализации своих возможностей индивид встречает препятствия, воспринимаемые им как непреодолимые, это порождает состояние фрустрации (состоянию подавленности, тревоги, возникающему у человека в результате крушения надежд, невозможности осуществления целей). Если фрустрационные ситуации повторяются достаточно часто, у человека может развиться комплекс неполноценности (открыт А. Адлером).
Деструктивные действия, вызванные состоянием фрустрации, могут носить и другой характер – быть направлены на других людей (в том числе и совершенно незнакомых, не имеющих никакого отношения к фрустрирующей ситуации), на отдельные предметы или целые социальные структуры.
Очевидно, что не каждый человек, не сумевший самоутвердиться, реализовать себя и находящийся в состоянии фрустрации, совершает деструктивные действия. Люди, склонные к деструкции, обладают рядом особенностей. Если использовать типологию личностей К. Леонгарда, то обнаружится, что деструктивные действия обычно совершаются так называемыми «застревающими личностями». Это люди, для которых характерна патологическая стойкость аффекта. Таким лицам свойственны болезненная обидчивость, злопамятность, мстительность. Оскорбление личных интересов, как правило, никогда не забывается «застревающими личностями». Их называют чувствительными, легкоуязвимыми. Также отличительная особенность лиц, склонных к деструкции, – высокая тревожность – склонность к переживанию тревоги, характеризующаяся низким порогом возникновения этой реакции. Такое переживание обычно заключается в недовольстве и внутреннем напряжении, неуверенности, беспокойстве, ощущении грозящей опасности. Высокая тревожность – это показатель субъективного неблагополучия личности.
Причиной деструктивной деятельности у таких людей становится защита своего бытия от сознательно или бессознательно ощущаемой угрозы. Причем угроза может быть и мнимой, но ощущаться как реальная. Из-за наличия постоянного аффективного переживания, что менее достойные пользуются большими правами и возможностями, у «застревающих личностей» и лиц с высокой тревожностью может возникнуть потребность защищать свои права, и они начинают играть роль «борца за справедливость». Деструктивность таких личностей может быть направлена не только на отдельных лиц, но и на социум. Для них характерно стремление разрушить «несправедливое», с их точки зрения, общественное устройство, не созидая при этом ничего нового.
Таким образом, к деструктивной деятельности, как правило, склонны люди, которые не смогли удовлетворить свои фундаментальные потребности в привычной жизненной ситуации. Как отмечает Э. Фромм, деструктивность возникает тогда, когда человек «...не может творить, ... постоянно ощущает свою изолированность и никчемность»; именно в этом случае личность стремится «...самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения». Деструкция – это попытка преодолеть свою ничтожность, осознание которой весьма травматично, желание утвердить себя, прежде всего в собственных глазах, преодолеть свою изолированность от общества и доказать свою значимость.
Глава 2.
Личность в истории: С.Г. Нечаев; Г.А. Гапон.
2.1 С.Г. Нечаев
Сергей Геннадьевич Нечаев родился 2 октября (20 сентября) 1847 года. Официально сын мещанина, работавшего в трактире, из села Иванова (впоследствии - город Иваново-Вознесенск). Но выясняется, что Сергей Нечаев не был признан отцом, не давшим ему фамилии и даже отчества, а через 10 лет отец продал сына вместе с матерью другому помещику. Нечаев рос в чрезвычайно суровых жизненных и семейных условиях, сформировавших из него личность весьма волевой и деспотической складки. С 14 лет начал работать маляром, также служил рассыльным в конторе фабрики Горелина, где учился, не установлено. Тем не менее, о себе рассказывал, что он сын крестьянина и выучился грамоте 16 лет от роду. Не имея в силу своего социального происхождения возможности получить не только высшее, но даже и гимназическое образование, он самостоятельно, преодолевая многочисленные препоны, осваивает курс гимназии и сдает экзамен за 6 классов. В 1865 переселился в Москву, где пытался сдать экзамен на звание народного учителя, но провалился. Через год выдержал этот экзамен в Петербурге и получил место учителя Закона Божьего в Сергиевском приходском училище. Именно этот молодой провинциал оказался в эпицентре студенческих беспорядков, вспыхнувших в конце 1868 г. Накануне их он завязал знакомства с рядом участников немногочисленных радикальных кружков. В этой-то среде и атмосфере и сформировался С. Г. Нечаев.
Современники о С.Г. Нечаеве (и.и.1):
Ф.Волховский: «Сам худенький, безбородый, как мальчик, лицо серое, ногти обгрызены, а рот у него сводила судорога. И подумать только, что у этакой невзрачности – сила воли гигантская, гипнотическая!»
А.О.Капацинский: «Первое впечатление, которое производит Нечаев, неприятное, но остро заманчивое; он самолюбив до болезненности, и это чувствуется при первых встречах, хотя Нечаев старается сдержать себя; он много читал (по отъезде из Иванова), и особенно книги исторического содержания, и потому знаний у него много, хотя в ссылках на разных авторов он бывает иногда весьма недобросовестен; в спорах старается какими бы то ни было уловками унизить противника, — диалектикой он обладает богатой и умеет задевать за самые чувствительные струны молодости: правда, честность, смелость и т. д. не терпит людей равных, а с людьми более сильными сурово молчалив и старается накинуть на этих людей тень подозрения. Он очень стоек в убеждениях, но по самолюбию, которому готов жертвовать всем. Таким образом главная черта его характера — деспотизм и самолюбие. Все речи его пропитаны страстностью, но очень желчны. Он возбуждает интерес к себе, а в людях повпечатлительнее и поглупее просто обожание, существование которого есть необходимое условие для дружбы с ним».
А.Успенская: «...Он был простым русским парнем, с виду похожим на рабочего, несколько пообтесанного городской жизнью. Говорил он по-владимирски на «о», совсем просто, нисколько не выдвигая себя, любил шутить и добродушно смеяться».
Пуцикович Ф.Ф.: «Все, один или несколько раз видевшие его, видели в нем прежде всего человека работящего, вечно занятого, вечно о чем-то хлопочущего. Встретить его можно было не иначе как с книгой: ту он относил, ту приносил, ту читал. Суета эта с книгами происходила от того, что он любил постоянно читать и читал по нескольку книг в одно время, перебегая от одной к другой. На столе у него лежало по нескольку раскрытых и заложенных книг. Все вышедшее и выходящее на русском и отчасти на французском языке было им тотчас прочитываемо, и, если оно казалось ему замечательным, он употреблял все усилия, чтобы приобрести это в собственность. Последнее особенно можно сказать по предмету его специальности, а специальностью его были прежде: история и география, а потом естественные науки. Писать же, кажется, он ничего не писал. Впрочем, занятия его не ограничивались книгами; много времени он жертвовал изучению разных ремесел: портняжного, сапожного, переплетного и столярного. На вопрос, зачем он это изучает, отвечал: «пригодится в жизни». И только один раз высказал, что он не намерен быть чиновником, а, изучив эти ремесла, постарается уехать в Англию для окончательного в них усовершенствования и для изучения машинного производства, и это все вместе будет служить ему средством для существования. Как товарищ он был, с одной стороны, хороший товарищ: честный, правдивый, охотно делящийся всем материальным с другими – но с другой стороны, был несносный, много спрашивающий и ничего о себе не говорящий, все толкующий в дурную сторону, чересчур жестокий в обращении с другими, пренебрегающий приличиями, способный иногда на цинические выходки. Но что всего более было в нем отталкивающего, это его крайний деспотизм относительно образа мыслей. Он не мог мириться с тем, что его знакомые имеют понятия, убеждения не такие, как он смотрит на вещи, и действуют не так, как он смотрит и действует. Но он не пренебрегал этими людьми, нет, он, напротив, с непонятною настойчивостью преследовал их, навязывая им свое. Нередко при этом приходилось страдать его личности, но он, кажется, обращал мало на это внимания. И вообще, личностью своею, он, по-видимому, нисколько не дорожил, с нуждою очень легко мирился, никогда не заявлял неудовольствия на свое положение и часто даже говорил: «Мы и так заедаем чужой хлеб»».
Из записки III Отделения: «Вообще говоря — нельзя назвать автора личностью дюжинной. Всюду сквозит крайняя недостаточность его первоначального образования, но видна изумительная настойчивость и сила воли в той массе сведений, которые он приобрел впоследствии. Эти сведения, это напряжение сил развили в нем в высшей степени все достоинства самоучки: энергию, привычку рассчитывать на себя, полное обладание тем, что он знает, обаятельное действие на тех, кто с той же точкой отправления не могли столько сделать. Но в то же время развились в нем и все недостатки самоучки: подозрительность, презрение, ненависть и вражда ко всему, что выше по состоянию, общественному положению, даже по образованности...»
2.2 Г.А.Гапон
Гапон Георгий Аполлонович (1870, местечко Белик Полтавской губ. - 1906, Озерки, под Петербургом) - священник. Родился в зажиточной крестьянской семье волостного писаря. С юных лет был пастухом. Его отец пользовался большим авторитетом у сельчан, он воспитывал своих детей в уважении к простым людям и ненависти к эксплуататорам. Юноша учился с 7 лет, посещал начальную школу, где проявил большие способности, мечтал стать врачом, но вскоре понял, что лечить души людей гораздо полезнее для общества.
Взгляд на жизнь, выраженный поговоркой «Поп - золотой сноп», и надежда родителей на священника-сына, который им и себе обеспечит вечное спасение, решили его судьбу. Не находившись в чрезвычайно суровых жизненном и семейном положениях, сформировалась эгоистичная заносчивая вольная личность – Гапон.
В 1893 он окончил Полтавскую духовную семинарию по второму разряду с плохой аттестацией и лишь через год с большими трудностями получил выгодное место священника Всесвятской кладбищенской церкви г. Полтавы. В семинарии Гапон, весьма горячий и заносчивый от природы (хотя ему с детства были присущи и серьезность, и вдумчивость), то подначивал на уроках одного священника, то позволял себе грубость и даже шантаж с преподавателем догматики.
Потрясенный ранней смертью любимой сестры и находясь под влиянием учения Л.Н. Толстого, Гапон, став священником, мечтал переустроить жизнь, на его взгляд, по разумным, нравственным основаниям.
В 1898 г. Гапон приехал в Петербург и явился в Синод с рекомендательным письмом. Благодаря покровительству обер-прокурора Синода К. П. Побеноносцева и товарища обер-прокурора В. К. Саблева его приняли в Духовную Академию. На первом курсе он был оставлен на второй год за неуспеваемость, через год 25-м переведен на второй курс, затем 47-м - на третий. 21 сентября 1902 г. Гапона исключили из Академии за неуспеваемость. Через голову академического начальства его восстановили на третьем курсе и, наконец, в 1903 г. он окончил Академию 35-м по II разряду.
И в семинарии, и в Академии Гапона не любили, студенты - за эгоизм, практичность и заносчивость, преподаватели - за наглость. Из Семинарии его чуть не выгнали за грубость, причины увольнения из Духовной Академии исследователи считают до сих пор невыясненными. Студентом третьего курса Гапона пригласили служить одновременно священником в приюте Синего Креста и Ольгинском доме для бедных, но вскоре отовсюду изгнали за высокомерие, распущенность и нечистое ведение денежных дел.
Сохранились записи Зубатова, характеризующие Гапона и освещающие начало его сотрудничества с Департаментом полиции: «Из бесед я убедился, что в политике он достаточно желторот, в рабочих делах совсем сырой человек, а о существовании литературы по профессиональному движению даже не слыхал. Я сдал его на попечение своему московскому помощнику (рабочему), с которым он затем не разлучался ни днем, ни ночью, ночуя у него в комнате... При сдаче мною должности тому лицу, которое навязало мне знакомство с Гапоном, оказался такой казус: просматривая оправдательные денежные документы, оно увидело запись: «Гапону - 100 рублей» и очень взволновалось, так как само платило ему столько же. Впоследствии это лицо мне призналось, что, будучи вынуждено давать градоначальнику подробные сведения о моих начинаниях в С.-Петербурге по рабочему вопросу и опасаясь быть назойливым в отношении меня своими расспросами, оно приставило ко мне в качестве агента Гапона, которому и платило за осведомление 100 рублей в месяц. Такова была начальная карьера героя 9-го января».
С.Г. Нечаев и Г.А. Гапон – «застревающие личности». Из-за наличия постоянного аффективного переживания, что менее достойные пользуются большими правами и возможностями, у «застревающих личностей» и лиц с высокой тревожностью может возникнуть потребность защищать свои права, и они начинают играть роль «борца за справедливость». Деструктивность таких личностей может быть направлена не только на отдельных лиц, но и на социум. Для них характерно стремление разрушить «несправедливое», с их точки зрения, общественное устройство, не созидая при этом ничего нового. Они стремятся «...самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения».
Введение.......................................... .................................................. .....................................3
Глава 1 Феномен провокаторства, как вид деструктивной
деятельности человек......…...……………………………………………….....5
Глава 2 Личность: С.Г. Нечаев;
Г.А. Гапон............................................. .............................................8
http://www.romanov-center.ural.org/school/laureat2005/prov.files/image006.jpg
2.1 С.Г. Нечаев............................................ .................................................. ...........8
2.2 Г.А.Гапон......................................... .................................................. ...............11
Глава 3 Роль в российском революционном движении.......................................... ..14
3.1. Нечаевщина, как вседозволенность в политической
борьбе............................................ .................................................. ...............14
3.1.1. «Катехизис революционера».................................... ...............................14
3.1.2. «Народная расправа»: осуществление идей
«Катехизиса»...................................... .................................................. ......18
3.1.3. Место и значение нечаевщины в российском общественном
движении.......................................... .................................................. .........22
3.2. Гапоновщина, как начальный этап первой русской
Революции......................................... .................................................. .............24
3.2.1. «Собрания русских фабрично-заводских
рабочих».......................................... .................................................. .........24
3.2.2. «Кровавое воскресенье»: первый шаг к катастрофе..........................27
3.2.3. Место и значение гапоновщины в российском
революционном движении.......................................... .............................29
3.3 Оценка: С.Г. Нечаева и нечаевщины;
Г.А. Гапона и гапоновщины....................................... ..................31
3.3.1. С.Г. Нечаев и нечаевщина........................................ ................................31
3.3.2. Г.А. Гапон и гапоновщина....................................... ................................35
Заключение........................................ .................................................. .............................38
Список литературы........................................ .................................................. ...............41
Приложения........................................ .................................................. ............................42
Введение.
Самое большое чудо – это всего лишь человек: он может, применив усилия, быть Богом или дьяволом.
Ангелус Силезиус
Глубокие социальные изменения, происходящие в мире на рубеже ХIХ-ХХ веков, заставляют по-новому взглянуть на ряд феноменов, исследованию которых ранее уделялось недостаточно внимания. Один из них – деструктивная деятельность человека, в частности феномен провокаторства. Разрушительная сторона человеческой природы особенно ярко проявилась в ХХ веке: массовые убийства, революции, войны, многочисленные террористические акты.
Для сегодняшней России данная проблема особо актуальна, так как в стране отсутствует объединяющая людей идеология, практически не существует общепринятой системы ценностей, которые сдерживали бы разрушительные тенденции, заложенные в природе человека. Кроме того, ухудшение общей социально-экономической обстановки в нашей стране, рост безработицы, социальная незащищенность людей, их разочарование в жизни, связанное с отсутствием перспектив, способствуют росту деструкции. Необходимость в исследовании назрела еще и потому, что в период становления нового общества значительно возрастает степень влияния индивида на социум, а следовательно, последствия деструктивной деятельности могут быть совершенно непредсказуемыми. А все же, может ли быть провокаторство благим делом?
В этом году я решила начать рассматривать этот вопрос на двух исторических личностях – С.Г. Нечаеве и Г.А. Гапоне. Почему именно Нечаев и Гапон? Меня заинтересовали в первую очередь эти личности способностью вести за собой тысячи людей, тем, что оба они создали организации, сыгравшие большую роль в развитии российского общественного движения, но, несмотря на большую роль, первая явилась как вседозволенность в политической борьбе, вторая – как начальный этап первой русской революции.
Цель реферата:
Рассмотреть особенности личностей, которые оказывали существенное влияние на развитие общественного движения.
Задачи реферата:
1. рассмотреть феномен провокаторства в личностном аспекте;
2. составить психологический портрет «застревающей личности»;
3. показать провокаторство на примере личностей и их деятельности.
Во время работы были использованы следующие методы:
1. изучение исторической литературы;
2. изучение мемуаров;
3. изучение исторических документов, а именно: «Катехизис Революционера» и «Петиция фабрично-заводских рабочих»;
4. поиск информации в Интернете.
Глава1.
Феномен провокаторства как вид деструктивной деятельности человека.
Феномен провокаторства – это один из видов деструктивной (разрушительной) деятельности. Личность старается преодолеть свою ничтожность, осознание которой весьма травматично, желает утвердить себя, прежде всего в собственных глазах, преодолеть свою изолированность от общества и доказать свою значимость.
Выходит, что все упирается в значимость потребности в раскрытии творческого потенциала, в самореализации. А. Адлер указывает, что фундаментальным законом человеческой жизни является стремление к превосходству. Причем оно может принимать как деструктивное, так и конструктивное направление. Деструктивное направление обнаруживается у людей со слабой способностью к адаптации, у тех, кто борется за превосходство посредством эгоистического поведения и озабочен достижением личной славы за счет других. К. Роджерс выдвинул гипотезу о том, что все поведение вдохновляется и регулируется неким объединяющим мотивом, который он назвал тенденцией актуализации. Она представляет собой «свойственную организму тенденцию развивать все свои способности, чтобы сохранять и развивать личность». Таким образом, ведущими мотивами, побуждающим человека к деятельности (как к конструктивной, так и к деструктивной) являются его фундаментальные потребности в безопасности, уважении, признании и, наконец, в самоутверждении, самореализации, раскрытии своего творческого потенциала.
Как правило, реализация себя связана с множеством препятствий и требует не только особых личностных качеств (силы воли, целеустремленности, энергичности, работоспособности, увлеченности), но и определенных социальных условий, которые сделали бы самоактуализацию возможной. Когда на пути реализации своих возможностей индивид встречает препятствия, воспринимаемые им как непреодолимые, это порождает состояние фрустрации (состоянию подавленности, тревоги, возникающему у человека в результате крушения надежд, невозможности осуществления целей). Если фрустрационные ситуации повторяются достаточно часто, у человека может развиться комплекс неполноценности (открыт А. Адлером).
Деструктивные действия, вызванные состоянием фрустрации, могут носить и другой характер – быть направлены на других людей (в том числе и совершенно незнакомых, не имеющих никакого отношения к фрустрирующей ситуации), на отдельные предметы или целые социальные структуры.
Очевидно, что не каждый человек, не сумевший самоутвердиться, реализовать себя и находящийся в состоянии фрустрации, совершает деструктивные действия. Люди, склонные к деструкции, обладают рядом особенностей. Если использовать типологию личностей К. Леонгарда, то обнаружится, что деструктивные действия обычно совершаются так называемыми «застревающими личностями». Это люди, для которых характерна патологическая стойкость аффекта. Таким лицам свойственны болезненная обидчивость, злопамятность, мстительность. Оскорбление личных интересов, как правило, никогда не забывается «застревающими личностями». Их называют чувствительными, легкоуязвимыми. Также отличительная особенность лиц, склонных к деструкции, – высокая тревожность – склонность к переживанию тревоги, характеризующаяся низким порогом возникновения этой реакции. Такое переживание обычно заключается в недовольстве и внутреннем напряжении, неуверенности, беспокойстве, ощущении грозящей опасности. Высокая тревожность – это показатель субъективного неблагополучия личности.
Причиной деструктивной деятельности у таких людей становится защита своего бытия от сознательно или бессознательно ощущаемой угрозы. Причем угроза может быть и мнимой, но ощущаться как реальная. Из-за наличия постоянного аффективного переживания, что менее достойные пользуются большими правами и возможностями, у «застревающих личностей» и лиц с высокой тревожностью может возникнуть потребность защищать свои права, и они начинают играть роль «борца за справедливость». Деструктивность таких личностей может быть направлена не только на отдельных лиц, но и на социум. Для них характерно стремление разрушить «несправедливое», с их точки зрения, общественное устройство, не созидая при этом ничего нового.
Таким образом, к деструктивной деятельности, как правило, склонны люди, которые не смогли удовлетворить свои фундаментальные потребности в привычной жизненной ситуации. Как отмечает Э. Фромм, деструктивность возникает тогда, когда человек «...не может творить, ... постоянно ощущает свою изолированность и никчемность»; именно в этом случае личность стремится «...самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения». Деструкция – это попытка преодолеть свою ничтожность, осознание которой весьма травматично, желание утвердить себя, прежде всего в собственных глазах, преодолеть свою изолированность от общества и доказать свою значимость.
Глава 2.
Личность в истории: С.Г. Нечаев; Г.А. Гапон.
2.1 С.Г. Нечаев
Сергей Геннадьевич Нечаев родился 2 октября (20 сентября) 1847 года. Официально сын мещанина, работавшего в трактире, из села Иванова (впоследствии - город Иваново-Вознесенск). Но выясняется, что Сергей Нечаев не был признан отцом, не давшим ему фамилии и даже отчества, а через 10 лет отец продал сына вместе с матерью другому помещику. Нечаев рос в чрезвычайно суровых жизненных и семейных условиях, сформировавших из него личность весьма волевой и деспотической складки. С 14 лет начал работать маляром, также служил рассыльным в конторе фабрики Горелина, где учился, не установлено. Тем не менее, о себе рассказывал, что он сын крестьянина и выучился грамоте 16 лет от роду. Не имея в силу своего социального происхождения возможности получить не только высшее, но даже и гимназическое образование, он самостоятельно, преодолевая многочисленные препоны, осваивает курс гимназии и сдает экзамен за 6 классов. В 1865 переселился в Москву, где пытался сдать экзамен на звание народного учителя, но провалился. Через год выдержал этот экзамен в Петербурге и получил место учителя Закона Божьего в Сергиевском приходском училище. Именно этот молодой провинциал оказался в эпицентре студенческих беспорядков, вспыхнувших в конце 1868 г. Накануне их он завязал знакомства с рядом участников немногочисленных радикальных кружков. В этой-то среде и атмосфере и сформировался С. Г. Нечаев.
Современники о С.Г. Нечаеве (и.и.1):
Ф.Волховский: «Сам худенький, безбородый, как мальчик, лицо серое, ногти обгрызены, а рот у него сводила судорога. И подумать только, что у этакой невзрачности – сила воли гигантская, гипнотическая!»
А.О.Капацинский: «Первое впечатление, которое производит Нечаев, неприятное, но остро заманчивое; он самолюбив до болезненности, и это чувствуется при первых встречах, хотя Нечаев старается сдержать себя; он много читал (по отъезде из Иванова), и особенно книги исторического содержания, и потому знаний у него много, хотя в ссылках на разных авторов он бывает иногда весьма недобросовестен; в спорах старается какими бы то ни было уловками унизить противника, — диалектикой он обладает богатой и умеет задевать за самые чувствительные струны молодости: правда, честность, смелость и т. д. не терпит людей равных, а с людьми более сильными сурово молчалив и старается накинуть на этих людей тень подозрения. Он очень стоек в убеждениях, но по самолюбию, которому готов жертвовать всем. Таким образом главная черта его характера — деспотизм и самолюбие. Все речи его пропитаны страстностью, но очень желчны. Он возбуждает интерес к себе, а в людях повпечатлительнее и поглупее просто обожание, существование которого есть необходимое условие для дружбы с ним».
А.Успенская: «...Он был простым русским парнем, с виду похожим на рабочего, несколько пообтесанного городской жизнью. Говорил он по-владимирски на «о», совсем просто, нисколько не выдвигая себя, любил шутить и добродушно смеяться».
Пуцикович Ф.Ф.: «Все, один или несколько раз видевшие его, видели в нем прежде всего человека работящего, вечно занятого, вечно о чем-то хлопочущего. Встретить его можно было не иначе как с книгой: ту он относил, ту приносил, ту читал. Суета эта с книгами происходила от того, что он любил постоянно читать и читал по нескольку книг в одно время, перебегая от одной к другой. На столе у него лежало по нескольку раскрытых и заложенных книг. Все вышедшее и выходящее на русском и отчасти на французском языке было им тотчас прочитываемо, и, если оно казалось ему замечательным, он употреблял все усилия, чтобы приобрести это в собственность. Последнее особенно можно сказать по предмету его специальности, а специальностью его были прежде: история и география, а потом естественные науки. Писать же, кажется, он ничего не писал. Впрочем, занятия его не ограничивались книгами; много времени он жертвовал изучению разных ремесел: портняжного, сапожного, переплетного и столярного. На вопрос, зачем он это изучает, отвечал: «пригодится в жизни». И только один раз высказал, что он не намерен быть чиновником, а, изучив эти ремесла, постарается уехать в Англию для окончательного в них усовершенствования и для изучения машинного производства, и это все вместе будет служить ему средством для существования. Как товарищ он был, с одной стороны, хороший товарищ: честный, правдивый, охотно делящийся всем материальным с другими – но с другой стороны, был несносный, много спрашивающий и ничего о себе не говорящий, все толкующий в дурную сторону, чересчур жестокий в обращении с другими, пренебрегающий приличиями, способный иногда на цинические выходки. Но что всего более было в нем отталкивающего, это его крайний деспотизм относительно образа мыслей. Он не мог мириться с тем, что его знакомые имеют понятия, убеждения не такие, как он смотрит на вещи, и действуют не так, как он смотрит и действует. Но он не пренебрегал этими людьми, нет, он, напротив, с непонятною настойчивостью преследовал их, навязывая им свое. Нередко при этом приходилось страдать его личности, но он, кажется, обращал мало на это внимания. И вообще, личностью своею, он, по-видимому, нисколько не дорожил, с нуждою очень легко мирился, никогда не заявлял неудовольствия на свое положение и часто даже говорил: «Мы и так заедаем чужой хлеб»».
Из записки III Отделения: «Вообще говоря — нельзя назвать автора личностью дюжинной. Всюду сквозит крайняя недостаточность его первоначального образования, но видна изумительная настойчивость и сила воли в той массе сведений, которые он приобрел впоследствии. Эти сведения, это напряжение сил развили в нем в высшей степени все достоинства самоучки: энергию, привычку рассчитывать на себя, полное обладание тем, что он знает, обаятельное действие на тех, кто с той же точкой отправления не могли столько сделать. Но в то же время развились в нем и все недостатки самоучки: подозрительность, презрение, ненависть и вражда ко всему, что выше по состоянию, общественному положению, даже по образованности...»
2.2 Г.А.Гапон
Гапон Георгий Аполлонович (1870, местечко Белик Полтавской губ. - 1906, Озерки, под Петербургом) - священник. Родился в зажиточной крестьянской семье волостного писаря. С юных лет был пастухом. Его отец пользовался большим авторитетом у сельчан, он воспитывал своих детей в уважении к простым людям и ненависти к эксплуататорам. Юноша учился с 7 лет, посещал начальную школу, где проявил большие способности, мечтал стать врачом, но вскоре понял, что лечить души людей гораздо полезнее для общества.
Взгляд на жизнь, выраженный поговоркой «Поп - золотой сноп», и надежда родителей на священника-сына, который им и себе обеспечит вечное спасение, решили его судьбу. Не находившись в чрезвычайно суровых жизненном и семейном положениях, сформировалась эгоистичная заносчивая вольная личность – Гапон.
В 1893 он окончил Полтавскую духовную семинарию по второму разряду с плохой аттестацией и лишь через год с большими трудностями получил выгодное место священника Всесвятской кладбищенской церкви г. Полтавы. В семинарии Гапон, весьма горячий и заносчивый от природы (хотя ему с детства были присущи и серьезность, и вдумчивость), то подначивал на уроках одного священника, то позволял себе грубость и даже шантаж с преподавателем догматики.
Потрясенный ранней смертью любимой сестры и находясь под влиянием учения Л.Н. Толстого, Гапон, став священником, мечтал переустроить жизнь, на его взгляд, по разумным, нравственным основаниям.
В 1898 г. Гапон приехал в Петербург и явился в Синод с рекомендательным письмом. Благодаря покровительству обер-прокурора Синода К. П. Побеноносцева и товарища обер-прокурора В. К. Саблева его приняли в Духовную Академию. На первом курсе он был оставлен на второй год за неуспеваемость, через год 25-м переведен на второй курс, затем 47-м - на третий. 21 сентября 1902 г. Гапона исключили из Академии за неуспеваемость. Через голову академического начальства его восстановили на третьем курсе и, наконец, в 1903 г. он окончил Академию 35-м по II разряду.
И в семинарии, и в Академии Гапона не любили, студенты - за эгоизм, практичность и заносчивость, преподаватели - за наглость. Из Семинарии его чуть не выгнали за грубость, причины увольнения из Духовной Академии исследователи считают до сих пор невыясненными. Студентом третьего курса Гапона пригласили служить одновременно священником в приюте Синего Креста и Ольгинском доме для бедных, но вскоре отовсюду изгнали за высокомерие, распущенность и нечистое ведение денежных дел.
Сохранились записи Зубатова, характеризующие Гапона и освещающие начало его сотрудничества с Департаментом полиции: «Из бесед я убедился, что в политике он достаточно желторот, в рабочих делах совсем сырой человек, а о существовании литературы по профессиональному движению даже не слыхал. Я сдал его на попечение своему московскому помощнику (рабочему), с которым он затем не разлучался ни днем, ни ночью, ночуя у него в комнате... При сдаче мною должности тому лицу, которое навязало мне знакомство с Гапоном, оказался такой казус: просматривая оправдательные денежные документы, оно увидело запись: «Гапону - 100 рублей» и очень взволновалось, так как само платило ему столько же. Впоследствии это лицо мне призналось, что, будучи вынуждено давать градоначальнику подробные сведения о моих начинаниях в С.-Петербурге по рабочему вопросу и опасаясь быть назойливым в отношении меня своими расспросами, оно приставило ко мне в качестве агента Гапона, которому и платило за осведомление 100 рублей в месяц. Такова была начальная карьера героя 9-го января».
С.Г. Нечаев и Г.А. Гапон – «застревающие личности». Из-за наличия постоянного аффективного переживания, что менее достойные пользуются большими правами и возможностями, у «застревающих личностей» и лиц с высокой тревожностью может возникнуть потребность защищать свои права, и они начинают играть роль «борца за справедливость». Деструктивность таких личностей может быть направлена не только на отдельных лиц, но и на социум. Для них характерно стремление разрушить «несправедливое», с их точки зрения, общественное устройство, не созидая при этом ничего нового. Они стремятся «...самоутвердиться любой ценой, хотя бы ценой варварского разрушения».